Памяти Санкт-Петербургского градоначальника В.Ф. фон-дер Лауница

ЖИЗНЬ ВО ХРИСТЕ И СМЕРТЬ НА КРЕСТЕ

памяти Санкт-Петербургского градоначальника В.Ф. фон-дер Лауница (1855-1907)

Есть судьбы, которые являются срезом времени, в которое данный человек живет. И все, что происходит при нем, и славное, и трагическое, проходит через его жизнь. Такая судьба была у Владимiра Федоровича фон-дер Лауница.

Есть личности, которые являются отражением психологии и духовной сущности народа, сыном которого данный человек является. Его деяния, мысли и поступки связаны не только с временными событиями, но, перерастая земные реалии, не теряют своего значения и после его смерти, с уходом его эпохи. Таковой является личность Владимiра Федоровича фон-дер Лауница, которая отражает в себе психологию русского народа, особенность и неповторимость его души. Он прожил и выстрадал то, что стало нашей исторической судьбой.

Есть имена, которые сокрыты Богом до времени, пока народ не в состоянии осознать их значимость. На небесах они обрели свою ценность, а народом, пока он сам не поднялся до уровня их служения Богу, они не востребованы. Мы знаем примеры, когда Господь открывал, казалось бы, канувшие в лету, имена Своих угодников. Таким по сей день является имя убиенного террористами русского дворянина Владимiра Федоровича фон-дер Лауница, для которого, как православного христианина, Русский Царь и Русский народ были превыше всего: славы, богатства и собственной жизни. Он засвидетельствовал это собственной смертью. Однако до сих пор произволом врагов православной России, возводивших на него многие десятилетия хулу и клевету (и к злодеям причтен, Исаия, 53, 12, Мк. 15,28) и боровшимся с ним и после его гибели,Владимiр Федорович, его подвиг во имя Христа, остается неизвестным уже многим поколениям русских людей.

В.Ф. фон-дер Лауниц родился 10/23 августа 1855 г. в с. Каргашине Елатомского уезда Тамбовской губернии (ныне Сасовский район Рязанской области),происходил из древнего прибалтийского рода. По семейному преданию один из его предков был в числе свиты наследницы Византийского Императорского Престола Софии Палеолог, будущей супруги Великого Князя Московского Ивана III, которая прибыла в Россию в 1472 году. Представители рода фон-дер Лауницев входили затем в служилое дворянство, отличались верностью и преданностью Русскому Престолу. Отец Федор Федорович — генерал-лейтенант, участник целого ряда военных кампаний(служил в одном полку с М.Ю. Лермонтовым, а впоследствии старшая дочь Владимiра Федоровича Мария вышла замуж за Владимiра Лермонтова, представителя этого многочисленного знаменитого рода). Мать Софья Николаевна, в девичестве Карачинская, происходила из дворян Тамбовской губернии, где находились их родовые имения.

Служение Отечеству юного гусара Лауница началось с доблестных подвигов, отмеченных наградами за храбрость, на Русско-турецкой войне 1877-1879 гг., которую вела Россiя по освобождению болгар и сербов от османского ига. Затем, уйдя в отставку в чине полковника, он был избран Предводителем харьковского дворянства, строил, в том числе и на собственные средства, церковно-приходские школы для крестьянских ребятишек, прилагая все силы, чтобы русские дети знали свою православную веру. Будучи Архангельским вице-губернатором, помогал Соловецкому монастырю. Став Тамбовским губернатором, Владимiр Федорович не изменил себе. Как истинный христианин, неустанно творивший дела любви милосердия, он постоянно опекал нищих, вдов и сирот. Убежденно считая, что русская земля должна принадлежать русскому народу, в решении земельных вопросов, в проведении реформ, не следовал западным образцам, а старался сохранять для крестьян традиционный, общинный уклад жизни. Опекая духовенство, щедро жертвовал на сельские храмы и монастыри. За его широкую душу и любвеобильное, сострадательное сердце бедняки Тамбова называли его «наш общелюбимый добрый начальник». Когда пришла трагическая весть о его гибели, собрав нищенские копейки, обитатели городских ночлежек послали вдове Марии Александровне телеграмму и погребальный венок, заказали Еп. Тамбовскому и Шацкому Иннокентию панихиду. Съехавшиеся на похороны со всей губернии босяки, рыдали как дети, и одними словами, по замечанию современника, слезу у такого народа, не выжмешь.

Будучи Тамбовским губернатором, Владимiр Федорович принимал самое деятельное участие в организации и проведении торжеств по прославлению Батюшки Серафима в 1903 году, за что был удостоен церковных наград и Царского признания, имя его навсегда вошло в канву этого общенационального церковного события. Об организаторских, административных и государственных талантах Владимiра Федоровича, во всей полноте проявившихся на Саровских торжествах 1903 года, повествует мой очерк «Крест служения Царю и Отечеству». А здесь хотелось бы упомянуть еще об одном чудодейственном моменте, смысл которого открылся совсем недавно. Он важен не только для понимания личности самого Владимiра Федоровича, но и напоминает о сакральной сущности царского служения.

В Сарове стараниями Владимiра Федоровича была сооружена впечатляющая своей праздничной торжественностью триумфальная арка, украшенная цветами и вьющимися растениями. Здесь, на границе Тамбовской губернии, Царя-Батюшку встречали тысячи и тысячи паломников, прибывших со всех концов Россiи, а делегация из местных крестьянок в неповторимых народных костюмах приветствовала Его хлебом-солью. На арочной дуге славянской вязью было написано «ГОСПОДИ, СИЛОЮ ТВОЕЮ ДА ВОЗВЕСЕЛИТСЯ ЦАРЬ». Этот стих взят из 20 псалма, но слова «да» там нет. Казалось бы, допущена ошибка. Но зная, что Владимiр Федорович, будучи глубоко религиозным, воцерковленным христианином, не мог допустить оплошности, понимаешь, что сделал он это осознанно. Действительно, этим прибавленным «да» надпись выражает словами стиха, от имени подданных, пожелание Русскому Царю Божiей помощи. Но если вспомнить, что значение этого псалма в том, что он предвозвестил Воскресение Христа, то открывается более глубокое, сакральное содержание саровской надписи. Интонационно усилив таким образом выбранный стих для приветствия, Владимiр Федорович, возможно даже не ведая, выразил то, что Бог вложил в его чистое, нелицемерно любящее Государя сердце. И произошло непредвиденное чудо. Там в Сарове, при прославлении великого Старца всея Руси, которое состоялось благодаря настоятельному пожеланию Царя всея Руси, устами Владимiра Федоровича Бог предвозвестил, что царь земной, через крестные муки, должен будет уподобиться Царю Небесному и воскреснуть в своей святости. Это пожелание оказалось пророческим…

Но времена наступали суровые, и повседневные заботы Тамбовского губернатора были далеко не праздничными. Начавшаяся в 1904 г. Русско-японская война, развязала руки и врагам внутренним. Евреи и поляки, жившие в Россiи и являвшиеся подданными Русского Государя, открыто оскорбляли царское достоинство, громко радовались поражению русских войск на фронте. Агитаторы из пришлых инородцев, шныряя по деревням, провоцировали селян к погромам усадеб и пролитию русской крови. Заполыхали поджогами барские экономии, подверглись безжалостному разграблению крепкие крестьянские хозяйства. Войска на фронте, собственных сил мало, что делать? Владимiр Федорович не стал ждать, пока огненный смерч охватит всю губернию. По благословению Владыки Иннокентия был создан «Союз русских людей» (они всегда с Владыкой работали вместе и на благо Церкви, и на защиту Державы), куда вошли верные помощники Губернатора Гавриил Николаевич Луженовский и Николай Евгеньевич Богданович — за что с ними жестоко расправились террористы-эсеры, в проскрипционный список были внесены также Владыка и Губернатор, а также будущий свщмч. Феодор (Поздеевский), который возглавил СРЛ. Пожар катившейся по Россiи революционной смуты в губернии был вскоре погашен. На вопрос Петра Аркадьевича Столыпина, бывшего в ту пору губернатором соседней Саратовской губернии, что ему помогло — в короткий срок и малыми силами — справиться с этим разрушительным смерчем, Владимiр Федорович «поделился секретом»: «Вера в Бога и твердая рука». И опять хочется отметить мудрую простоту Владимiра Феодоровича: ведь это и есть «формула» православной власти – «Вера в Бога и твердая рука»! И когда Россiйской столице потребовалась твердая рука в защите от разгулявшегося терроризма, 31декабря 1905 г.(13 января 1906 г. по н.ст.) Государь Своим Высочайшим Указом назначил генерал-майора В.Ф. фон-дер Лауница Санкт-Петербургским градоначальником.

«Владимiр Федорович вступил в Петербурге в отправление своих обязанностей в самый разгар нашей смуты. Петербург волновался и закипал, точно гигантский котел, поднимая грязь и сор со дна и выбрасывая их наверх вместе с мутной пеной. Владимiр Федорович умело и энергично начал работать над успокоением города. Он сильно очистил город от хулиганов и начал уничтожать разврат игорных домов (всё начинается с нравственности, чего никак не могут понять нынешние россiянские власти, всё больше и больше изобретая устрашающих неработающих законов, а надо всего лишь уничтожить разврат! – В.С.). В начале так называемого «освободительного движения» (т.е., по-современному говоря, «свободы слова и защиты прав человека», — В.С.) Петербург покрылся целой сетью игорных домов — этих притонов подлости и разврата. Честный труженик, Владимiр Федорович взглянул на эту мерзость нравственного состояния общества сурово. Он понимал, что разврат душ есть именно та почва, на которой зарождаются и развиваются всякого рода преступления, до политических включительно. Очищая Петербург от всякой внешней грязи, Владимiр Федорович начал очищать его и от внутренней…», — вспоминал в 1912 г. священник Кафедрального Собора г. Тамбова Константин Богоявленский в своей книге «Борец-мученик за Святую Русь в смутную годину Владимiр Федорович фон-дер Лауниц, С-Петербургский градоначальник», вышедшей в 1912 г. Как боевой генерал, фон-дер Лауниц четко и трезво оценил сложившуюся в столице картину. «Внутренняя грязь» потребовала от него колоссального напряжения моральных и физических сил, ежедневного, до поздней ночи, связанного с риском для жизни труда. Все те же скрытые враги Престола поляки и евреи, осевшие в градоначальстве, антирусские, антигосударственные веяния, поразившие общество сверху донизу, агенты-масоны, проникшие даже на правах приближенных в Царский Дворец, щедро финансируемые мiровой закулисой, оседлавшие I Государственную Думу посредством оболвания, спаивания и подкупа простого народа, сами к русскому народу не принадлежавшие и не выражавшие чаяния коренных слоев и общественных сословий (ну как же все это до оскомины знакомо сегодня!), оголтелая пресса, травившая Царя и монархистов-государственников, которая уже почти вся принадлежала предкам нынешних «акул пера»… И все они хотели только одного — свержения Монархiи, сокрушения Царского трона, а значит, уничтожения русского государства и русского народа. Но Градоначальником стал Лауниц, и Петербург затих, «сдался», начала налаживаться мирная жизнь, «никто не посмел при нем шевельнуться», пишет современник, имея в виду революционных бесов.

С о. Иоанном Кронштадтским их связывали не только теплые семейные отношения, но, прежде всего, тесное сотрудничество и на церковной ниве, и в служении Отечеству. Став С-Петербургским градоначальником, фон-дер Лауниц не остался равнодушным к церковному благоустроению столицы, помогая Батюшке по строительству Иоанновского монастыря. Но в эти смутные для Россiи времена, не меньше забот было у них по защите Царского Престола и Отчества. Известно, что св. прав. Иоанн Кронштадтский благословил создание «Союза Русского Народа», вызывающего лютую ненависть у нынешних демократов, получив, как известно, билет № 1. Билет № 2 принадлежал Владимiру Федоровичу, который он, преданно служа Царю и Россiи, окропил собственной кровью.

Недолго прослужил на посту Петербургского градоначальника фон-дер Лауниц. Но человек, любящий свое Отечество, употребляя доверенную ему власть во благо своему народу, даже за короткое время может сделать очень много. Взяв также на себя ответственность перед Государем, в случае роспуска революционно настроенной I Государственной Думы — этого «сборища, по словам Иоанна Кронштадтского, шулеров и картежников» (сегодня к ним можно добавить еще сексуальных извращенцев, любителей «порнушки», растлителей детей и проч., и проч., и проч…), — оградить столицу от потрясений, пресек террористический безпредел социалистов и эсеров. Как писали современники, что только благодаря одному человеку в 1906 г. в Россiи не произошла революция, и этим человеком был С-Петербургский градоначальник В.Ф.фон-дер Лауниц…

Владимiр Федорович не был ни антисемитом (о чем свидетельствуют теплые, душевные слова представителей тамбовской еврейской общины при проводах Владимiра Федоровича в Петербург, подарившие ему икону любимого им святого Серафима Саровского), ни ксенофобом, как пытались представить его враги. Он прекрасно понимал, что идет брань духовная, что выступают против Монархiи не просто чем-то недовольные иноверцы и инородцы, а на Русь Святую надвигаются черные полчища, ведут войну те тайные силы, отец которых дьявол. Как считал сам Владимiр Федорович, личных убеждений человека нельзя касаться, какие бы взгляды тот не исповедовал, даже если эти убеждения противоречат твоим собственным. Но если они перестают быть личными, порождая противозаконные общественные действия и становясь серьезной угрозой для безопасности государства, с ними надо бороться незамедлительно. И здесь он был суров и непреклонен. Несмотря на запугивания, на ежедневную смертельную опасность, Владимiр Федорович как христолюбивый воин, безстрашно вступает с ними в битву, в своей борьбе опираясь на только что созданный Союз Русского Народа, для активной деятельности которого он постоянно переводит пожертвования. Своей по-детски искренней, «несовременной» верой в Бога, слишком горячей преданностью Самодержавию и неподкупным служением Отечеству, он стал мешать уже и тем, и другим. Документ 1908 г. сохранил высказывание Дворцового коменданта В.А. Дедюлина об этой привязанности фон-дер Лауница к СРН. «Мудрый» царедворец с некоторой издевкой намекает, что тот был «не совсем того», долгими часами закрываясь в своем кабинете с черносотенцами, а солидные господа не могли удостоиться попасть к нему на прием. Против этой правомонархической организации, надо признать, был настроен и Председатель Совета министров П.А.Столыпин, тоже приложивший, после гибели Владимiра Федоровича, усилия к ее ликвидации, считая, что уличные безпорядки закончились и надобность в этой боевой организации уже отпала. Чем обернулась эта недальновидность облеченных высокой властью чиновников для них самих, для русского государства и всех нас, мы теперь хорошо знаем. В день убийства, буквально тут же позвонили вдове, и незнакомый мужской голос по телефону произнес всего одно слово: «Проиграли…». В этот же день из кабинета Владимiра Федоровича в Градоначальстве пропали списки террористической банды, охотившейся за высшими сановниками-монархистами, и дальше счет жертв революционного террора пошел на тысячи. Чуть позже, после государственного переворота, комиссары прибавили к ним священников и дворян, казаков и пахарей, мудрецов и простаков, богатых и бедных, здоровых и больных, стариков и детей, миллионами заталкивая их в кровавую мясорубку только по одному признаку — русский, православный…

О ритуальности убийства Владимiра Федоровича говорит выбранное террористами время и место: оно произошло в предрождественскую неделю, когда весь христианский мiр готовился к встрече Божественного Младенца, на пороге только что освященного храма в честь св.мчц. Царицы Александры в Петербургском Институте экспериментальной медицины. Свидетели вспоминали, что «во время молебна Владимiр Федорович горячо молился, будто чувствуя, что над ним витает уже ангел смерти». Владимiр Федорович знал, что он приговорен террористами, уже несколько лет, начиная с Тамбова, они без устали охотились за ним. Ту же дату насильственной смерти предсказала ему еще в 1903 г. блаженная Паша Саровская. Но когда близкие люди, глубоко почитавшие Владимiра Федоровича, просили его уехать из Петербурга, не подвергать себя смертельной опасности, он был по-военному краток и непреклонен: «Смерти я не боюсь, все мы в руце Божiей… Останусь, пока нужен Государю!». Как глубоко верующий человек, безусловно одаренный мистическим чувством, Владимiр Федорович безошибочно осознавал главное: не будет Самодержавной Монархiи — не будет Россiи. Верный присяге, как русский генерал и гражданин, до последней минуты своей жизни он служил Государю, являясь крепкой опорой Царского трона. Эту опору врагам Монархiи надо было сокрушить. Он выдержал 15 покушений! Отпевал его, еле сдерживая слезы, Предстоятель Русской Православной Церкви, митрополит Петербургский и Ладожский Антоний (Вадковский), провожал весь Петербург. В снежную морозную вьюгу его останки со станции Н-Мальцево до Каргашина несли на руках крестным ходом с хоругвями и иконами, как несут почитаемые мощи любимого святого.

Император по достоинству оценил заслуги Владимiра Федоровича, называя его «Наш верный слуга», который «отдал жизнь за Царя». Государь отметил Высочайшим вниманием осиротевшую семью, возведя среднего сына Александра в офицерское звание (который геройски погиб в Первую Мiровую Войну), а дочерей назначив фрейлинами к Государыням. На могилу безстрашного воина Николай Александрович подарил трехметровый крест черного гранита, который до сих пор стоит на месте бывшей могилы, и голубой хрустальный гроб со словами, которое сохранило народное предание: «Владимiр Федорович будет спать в нем, как спящая царевна, но через сто лет он проснется и встанет». Возможно, это предание сочинил сам народ, горячо любивший Владимiра Феодоровича. Но исполнение пророчеств прежде всего зависит и от самого народа — от нашей веры, от наших молитв, от нашей потребности в христолюбивых воинах-вождях…

Однако враги не успокоились, они продолжали борьбу с ним и после его ритуального убийства. В 1921 г., невзирая на просьбы крестьян, обращенные к Ленину, не совершать кощунства, что только ускорило преступление богоборцев, они разрушили могилу. Хрустальный гроб разбили, находившийся внутри его гроб, в котором непосредственно покоилось тело Владимiра Федоровича, отдали в сельсовет для стирки грязного белья, генеральские сапоги (15 лет пролежавшие в могиле!) натянул на себя комиссар Янин. Вновь повторилась ритуальная сатанинская расправа… Очевидцы-крестьяне свидетельствовали, что тело «нашего барина», как они с любовью называли Владимiра Федоровича, а старики называют до сих пор, впитав отношение к нему по наследству, было нетленным: он спал с легким укором на лице. Где сейчас обретаются его честные останки, сокрыто тайной. Погибла в Харьковском централе в 1923-24 гг. (точная дата пока неизвестна, это было страшнейшее место в те годы, живыми из пыточных камер не выходили) супруга Владимiра Федоровича Мария Александровна, в девичестве княжна Трубецкая, в 1937 г. была арестована и провела несколько лет в тюрьме одна из их дочерей. Старший сын Владимiр, приговоренный в 1918 г. Лубянским трибуналом по обвинению в монархическом заговоре, бесследно исчез в советских концлагерях. Дочь Мария, в замужестве Лермонтова, вместе с семьей была выслана на строительство Беломорканала. На многие десятилетия под запрет большевиков попало любое упоминание фамилии Лауниц. Им хотелось навсегда стереть его из русской памяти.

Но Бог Своих не забывает. Владимiр Федорович, как христиане первых веков, жил по заповедям, не имея на совести ни одного темного пятна. Это подтверждают воспоминания современников, прежде всего духовенства, которые свидетельствуют о его жизни как благочестивого христианина, незгибаемого воина за Веру, Царя и Отечество. Кто по-прежнему хранит истинную православную веру и чает возрождения Россiи, нуждается сегодня в небесном покровительстве такого воина-державника, который, как наши древние воины-князья, стяжал святость на ниве безупречного служения Русскому государству, и потому по праву может войти в сонм Новомучеников и исповедников Россiйских, пострадавших от богоборцев за Христа в годину лютых гонений. Народное почитание не зависит от указов или запретов МП, обслуживающей безбожный антирусский режим и подменяющей православную веру внешними ритуалами. Оно начинается в сердце верующего христианина, в его потребности общения с теми, кто до смерти остались верными Христу и богоизбранному царю. Как писало. Константин Богоявленский, Владимiр Федорович был «гранитной скалой на пути революционного потока, бешено устремившегося» снести Удерживающего — оплот Богом установленной Русской государственности, Православной Монархии. И потому не случайно его подвиг завершен мученической кончиной. Жизнь во Христе и смерть на Кресте. Крепкая скала среди житейской бури, увенчанная гранитным крестом, стала его надгробным памятником-символом. Епископ Иннокентий в своем надгробном слове на могиле сказал, что «святая душа этого праведника приняла смерть на земле за долг свой, что, верная ему, стяжала мученичество до последнего вздоха, до потоков крови, пролитых за преданность, твердость и мужество, коих требовал этот долг!». Называя Владимiра Федоровича «рыцарем долга и чести», о. Константин был убежден, что «память о нем не должна изгладиться и в дальнейшем, в глубь времен по всей Святой Руси среди верных слуг Царя и Родины». Высоко оценивая его подвиг, о. Константин несомненно выразил мнение многих современников — как мiрян, так и духовных лиц, в том числе причисленных ныне к лику святых, как, например, св. прав. Иоанна Кронштадтского, прот. Иоанна Восторгова, и, конечно, Царя-Мученика Николая Александровича, написав в своей книге проникновенные слова: «К числу таких мужественных борцов за спасение Руси от гибели принадлежал незабвенный великий герой, мученик долга — Владимiр Феодорович фон-дер Лауниц, Санкт-Петербургский градоначальник, убитый злодеем 21 декабря 1906 года в Петербурге при освящении церкви в институте экспериментальной медицины. Сияние мученического венца В. Ф. Лауница, как и других страдальцев за Веру, Царя и Отечество, далеко, далеко в глубь дальнейших веков рус­ской истории будет сиять небесными лучами среди непроглядного мрака лжи, обмана, предательства и измены при служении Родине. Их беззаветной пре­данностью своему долгу, их кровью куплено теперь спокойствие Родины от ужасов смуты. Современ­ники не могут во всей полноте оценить всего величия их мученических страданий, их подвигов, недостаточно еще поймут все конечные плоды их тяжелых трудов. Только начали понимать. Но история все это поймет и оценит, но история возведет их на пьедестал величия героев, спа­сителей Отечества, ценой своей крови, своей жизни запечатлевших свой патриотизм. Ими будут гор­диться, их будут ставить в пример».

 

Да, кромешна сегодняшняя ночь государственной смуты! Нас вытесняет несметное, при попустительстве правящего режима, нашествие варваров-иноверцев, подавляет колоссальное морально-нравственное разложение всех институтов власти, толкающей русский народ забыть веру своих предков, стремящейся подменить свою многовековую историю и культуру понятиями советскими, атеистическими, а православную государственность Российской Державы на гулаговский СССР… Не ослабевает лютая ненависть русофобов заморских и «доморощенных», все так же щедро, но уже не тайно, а явно оплачиваемых мiровой закулисой и, при помощи захваченной власти и подкупом русскоязычных иуд-либералов,  унижающих наше национальное достоинство, оскорбляющих наши святыни… Но Бог поругаем не бывает, мы сможем их одолеть, если нами будут востребованы такие небесные покровители, как русский воин-монархист Владимiр Федорович, познавший до конца духовный секрет науки побеждать и научивший нас этому: «Единственное средство для борьбы с кровавой вакханалией — это непреклонная стойкость тех, кто служит Родине. Убьют меня, на мое место явится другой, которому я желаю одного: обладать тем же чувством непоколебимого долга. … Нет худа без добра — этот бред, кошмар исступленных откроет глаза народу. Полагать надо — Господь не без милости, и правда все же свое возьмет. Неустанно повторяю: «Велик Бог земли Русской» и с глубокой верой и надеждой взираю на будущее… Крепко стойте, православные, за Веру святую, за Родину-Матушку, за Царя-Батюшку!..  Будьте истинными христианами, будьте убежденными в идее беззаветного служения Царю и Родине, будьте тверды в этих убеждениях, как скала!..»

Русские люди, вы слышите, как он призывает нас на духовную брань? Да поможет нам Бог преодолеть малодушную теплохладность и сотворит из нас бесстрашных христовых воинов, каким был до конца своей жизни русский монархист-патриот боярин Владимiр Федорович фон-дер Лауниц!

Валентина Сологуб

 

СтраныРоссия

Ещё похожие новости